Меню
12+

Газета «Северная звезда»

14.06.2018 16:13 Четверг
Категория:
Теги (2):
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

О нашей медицине, о времени и о себе рассказывает ветеран ивдельского здравоохранения О. А. Городенко

Автор: Наталья СОКОЛОВА

О. А. Городенко (вторая справа) на курсах повышения квалификации.

«Врачам было трудно всегда. Даже достойная зарплата не может компенсировать огромную моральную и физическую нагрузку врача», - О. А. Городенко.

У истоков 

Родилась я в 1946 году в городе Камышлове. Мама моя, Софья Тимофеевна, преподавала русский язык и литературу. Я любила ей помогать проверять тетрадки, проявляла большой интерес к работе учителя и думала, что стану учителем и больше ни кем. Но мама сказала: «Ни за что». Я, как послушная дочь, с ней согласилась. Выбор пал на медицинский институт. Приехали в Свердловск. Конкурс – огромный. Собрались абитуриенты: те, кто окончил 10 классов, и выпускники моего года, кто окончил одиннадцать классов, впервые введенные в стране. Хоть и хорошо я училась в школе, но поняла: шансов на поступление у меня мало. На экзаменах мне попались только те билеты, ответы на которые я знала на «отлично». Я поступила, и иначе, как везением, это объяснить не могу. Вот так простое стечение обстоятельств решило мою судьбу.  Я стала студенткой медицинского ВУЗа. 

Акушерство – вот то, что мне нужно 

После окончания 5-го курса я приехала на практику в родной Камышлов. Проходила она в местном роддоме. Я поняла сразу: эта отрасль медицины – самое привлекательное, что в медицине есть. Я просто заболела этой работой. Все лето я буквально пропадала в роддоме. Училась накладывать швы, помогать при родах и многим другим премудростям. Училась у опытных медсестер, у старых акушерок. Когда на свет появлялся новый человек, от радости дух захватывало. Вот оно, счастье: прикоснуться к великой тайне природы, действовать с ней заодно. На работу в роддом ходила с радостью, как на праздник, хотя каждому празднику в больничных стенах предшествовала далеко не праздничная работа. Это ощущение счастья и гордости за свой труд было со мной на протяжении всей моей трудовой биографии. Ни одного дня в своей жизни я не пожалела, что стала врачом, акушером-гинекологом. 

Здравствуй, Ивдель 

Видя такое рвение со стороны студентки, камышловские врачи загорелись идеей заполучить меня к себе после окончания института. Но не получилось. Я хорошо училась, вела общественную работу, была комсоргом курса. Все это повлияло на мой балл при распределении. Он оказался достаточно высоким. Мне предложили престижный вариант – город Нижний Тагил. Но… терапевтом. Как когда-то мама сказала мне «Ни за что», так и я сказала себе «Ни за что, только акушером-гинекологом». И стала спорить с комиссией. Чем бы закончился этот спор, не знаю, но в числе прочих оказался представитель медчасти Учреждения Н-240 (так тогда называлось подразделение системы исполнения наказаний в Ивделе). «А нам гинекологи нужны», — сказал он и тем самым решил мою судьбу. Снова стечение обстоятельств внесло коррективы в мою биографию: до свидания, Камышлов, здравствуй, Ивдель. 

Старая больница 

Год я проработала в ведомственной больнице. Потом была интернатура в 23 городской больнице Свердловска. Интерном я стала, уже имея за плечами практический опыт. И я уже знала, чего хочу, что мне нужно. Как губка впитывала умения и знания, необходимые оперирующему врачу. Вернулась в Ивдель уверенной в себе. Но все еще надеясь, отработав положенное, вернуться в Камышлов. Работа доставляла удовольствие. Но одно было плохо: в учрежденческой больнице не было роддома и я не могла заниматься акушерством. Пошла к Елизавете Михайловне Трошиной, главному врачу городской больницы. Она взяла меня в городской роддом совместителем. Шли 70-е годы. Скоро по распределению в больницу учреждения приехал еще один врач-гинеколог. Тогда я смогла уволиться из Учреждения Н-240 и прейти на работу в городской роддом. Было это в 1975 году. Теперь я смогла заниматься любимым делом – акушерством.

Больница была деревянной, старой во всех смыслах. Работали в примитивных условиях. Не было оборудования, не было анестезиолога, наркоз давали масочный. Да, материнская смертность была. В основном от осложнений при родах. Это сейчас уже лет 10-12 подобных случаев в Ивделе не зарегистрировано. И не только потому, что в нашем роддоме рожают только те женщины, у которых беременность протекает нормально. На неизмеримо более высокий уровень поднялась медицина. Квалификация теперешних врачей была недостижима для нас в те годы. Это самое страшное, что есть в нашей работе – потерять роженицу, еще страшнее – потерять роженицу и ребенка. Не буду объяснять, какой огромный камень ложится на сердце, как давит он и угнетает еще долгое время. Но Е. М. Трошина учила всегда: сожми зубы, иди к родственникам, иди одна и рассказывай им все по порядку, все, как было. Утешения им не нужны, они должны понять, что мы сделали все возможное. Спасение от депрессии находила только в работе. Некогда горевать, меня ждут другие пациентки!

Елизавета Михайловна в 70-е была еще практикующим врачом. Как много она мне дала в плане профессии, как опекала и помогала не только мне, но и всем молодым врачам!

Зато какая радость, когда получается спасти пациентку, отвести от нее и ребенка угрозу беды! Навсегда запомнила один из тяжелейших случаев. Произошел он незадолго до переезда в новую больницу. У женщины резко поднялось давление, начались приступы судорог. За ночь таких приступов было десять. Послеродовое осложнение. Всю ночь мы не отходили от нее. И женщина, и ребенок остались жить. 

Новая больница, новый роддом 

На дворе – восьмидесятые. Встречали их ивдельские медики в приподнятом настроении. Благодаря организаторским способностям, энтузиазму и напористости главного врача Андрея Андреевича Фризоргера на улице Данилова на глазах вырастала новая красавица-больница. Первой новоселье справила поликлиника, потом – роддом. Пришлось переехать на третий этаж, так как специализированное помещение на первом этаже еще не совсем было готово. Переезд был вынужденым: стыдно сказать, но в старом здании помещение роддома атаковали полчища крыс, борьба с ними не всегда была победной. Переезжали с энтузиазмом , мыли полы, оттирали плитку, убирали строительный мусор. И все это не прекращая принимать рожениц. Я уже знала, что навсегда останусь в Ивделе и гордилась новой больницей. В родном Камышлове больница до сих пор старая.

Конец 70-тых -  начало 80-тых были благоприятны для ивдельского здравоохранения: работало 55 врачей-специалистов, мы принимали до 700-800 родов в год (для сравнения сейчас – 120-130). Больниц было две, работало отделение неврологии.  Работала Полуночная больница, больница в Оусе. Врач был в поселке Маслово – Е. Т. Бердюгина. В каждом поселке был медпункт. Врачи приезжали по распределению, получали квартиры.

Появилась новая аппаратура, в ивдельское акушерство наконец-то пришла анестезиология. Стали давать эндотрахеальный наркоз. Работали супруги Бендовские, врачи Беликова, Галагуцкая, начинали свою трудовую биографию супруги Бяковы, врач Хворостьянов и многие другие.

А мне в эти годы довелось самой испытать, что такое тяжелые роды. Я рожала сына Андрея. Я, врач акушер-гениколог со стажем, оказалась в качестве пациентки и полностью зависела от профессионализма своих коллег. Они не отходили от меня. Все делали правильно. Все закончилось благополучно. Теперь у Андрея своя семья,  двое детей. 

Я – начмед 

Шел 1987 год. Общественную работу я любила еще с института, занималась ею охотно. Всегда была полна идей. Хотела что-то улучшить, ввести что-то новое и не стеснялась высказывать свои предложение на общих линейках. На одной из линеек Андрей Андреевич Фризоргер и говорит: «Ты, Андреевна, всегда больше всех выступаешь, вот и будешь начмедом. Одно дело предлагать, а другое реализовывать». Так я встала у руководства ивдельской медициной, так как ЦРБ была наделена полномочиями бывшего горздравотдела и руководила всеми больницами и медпунктами района. Долгое время не могла расстаться с роддомом, совмещала и то и другое, буквально разрываясь между административной деятельностью и медициной, порой в ущерб и тому, и другому. Так долго продолжаться не могло. Я полностью посвятила себя административной деятельности. Кто думает, что теперь на меня снизошла благодать, ошибается. В акушерстве много положительных эмоций, видишь реальные плоды своего труда.  Руководя лечебным процессом учреждения, морального удовлетворения не получаешь. Решишь одну проблему – тут же подступает другая. Особенно тяжело приходилось в моменты всевозможных реорганизаций здравоохранения. Жалобы больных, нехватка лекарств, нехватка специалистов. Так пролетело 27 лет. В 2014 году я вышла на пенсию. Жизнь моя не менее интересна и насыщена. Я вижу, как подрастают внуки, мы большие друзья со старшим Максимом, ему 10 лет. Я учу его всему, чему научила сына. Внучке Маше два с половиной года. Она у нас   прелесть. Оба они, а также сын и сноха доставляют мне много радости. Радуют меня и мои кактусы. В моей коллекции их больше двадцати.

Проработав 27 лет руководителем, я увидела общую картину развития здравоохранения  как в Ивделе, так и в стране в целом. Я изнутри знаю все болевые точки. Своими мыслями о них сейчас поделюсь. 

Нехватка  специалистов 

Отток специалистов из Ивделя был всегда. Но, проработав 3 положенных года и уехав, специалист освобождал место для другого выпускиника, который продолжал его дело в районной больнице маленького города. Принцип распределения  ушел навсегда. Теперь врачи могут приехать к нам только добровольно. Казалось бы, пустили корни в Ивделе прекрасные врачи супруги Бяковы, Е. Б. Петрищева. Но и они уехали в 2000-ных. Человек ищет, где лучше. Что может предложить ивдельская больница по сравнению с крупными медицинскими центрами больших городов? Ответ на этот вопрос все знают. Вот и супруги Петерс покинули наш город. Свои услуги по интернету предлагают многие специалисты. У С. А. Зигмантовича на столе – целая стопка таких предложений. По каждому он звонит, убеждает, уговаривает. Увы, приезжают немногие. Приезжают и уезжают. Почему? Огромные нагрузки. Порой специалист один на весь округ. Не у кого спросить совета, некому заменить после дежурства, отдых только снится. Да и материальное вознаграждение за каторжный труд неизмеримо ниже, чем в больницах больших городов. Особенно остро стоит проблема с медициной в поселках. Носить воду с колонки, топить дровами, одному отвечать за здоровье всего поселка мало кто согласен. Сейчас наши ФАПы держатся только на старых кадрах. В поселке Екатерининка нет возможности открыть ФАП, потому что работать в нем некому.

И все же есть у нас врачи, для которых Ивдель стал родным, кто приехал из других городов и остался. Это – Ирина Анатольевна Смирнова, Александр Петрович Кощеев, Валентина Александровна Мозырева, супруги Зигмантовичи, супруги Тихоновы, Цапаловы. Приехала по распределению Лидия Викторовна Хворова, невозможно преувеличить ее вклад в охрану здоровья ивдельчан. Значит, все-таки, жить и работать у нас можно? Можно, если бескорыстно предан своей работе и не позволишь себе бросить своих больных. 

Маршрутизация 

В отдельных случаях больному выписывается маршрутный лист, с ним он отправляется в специализированные клиники или в областные больницы к узким специалистам. Маршрутизация – хорошо. Можно получить квалифицированную помощь, пройти обследование на современном оборудовании. Но если учитывать наши расстояния и цены на билеты, то становится понятно: не каждый больной сможет позволить себе 2-3 таких поездки.

Раньше за каждой маленькой больницей закреплялись областные кураторы. Наш роддом курировал свердловский институт охраны материнства. В любое время туда можно было позвонить, посоветоваться. Специалисты института выезжали на места, оперировали, консультировали. Теперь командировки областных врачей в районные больницы отошли в прошлое, даже когда речь идет о замене ушедшего в отпуск специалиста. Большие расходы на командировочные, нехватка средств.

Очень помогала телемедицина, которую наша область ввела первой в стране по пилотному проекту. Пользовалась этой услугой и наша ЦРБ. Большой экран. По ту сторону экрана – узкий специалист из Екатеринбурга. По эту – врач с пациентом. Описывает историю болезни. Специалист задает вопросы, решает, нужна ли госпитализация. Если нужна, сразу говорит, куда и когда приехать. Но я не могу сказать, как с эти обстоят дела сейчас, так как не работаю уже 4 года. 

Оптимизация 

Глубоко убеждена, что нельзя рушить первичное звено в медицине. Нельзя бросать на произвол судьбы маленькие больницы в отдаленных городах, особенно у нас, в условиях Северного Урала, где расстояния измеряются сотнями километров. Верю, что начнется восстановление разрушенного. Об этом 7 июня говорил с телеэкрана Президент России В. В. Путин, отвечая на вопрос жителей Владимирской области. 

Врачи деньги гребут лопатой 

Не согласна с этим расхожим обывательским мнением. Самая высокая зарплата у наших работников отмечалась в период с 2012 по 2014 год. Потом стала снижаться. Мы получаем деньги за пролеченного больного. А как зарабатывать? Коек  в стационаре стало меньше, дорогостоящие технологии нам не доступны (например, выхаживание инфарктников, инсультников проходит в других больницах Северного округа). Это, конечно, хорошо для больных, многих удается «вытащить», что называется, с того света, но финансирование поступает им, а не нам. Как заработать поликлинике, в которой нет врачей? Остается один путь – ночные дежурства. Отдежурил ночь – наутро иди к больным. Подменить некому, отоспаться нельзя. Зарплата 25-30 тысяч – да, достойная, но зарабатывается она ценой собственного здоровья.

Каждый ли,  получивший диплом врача, может им стать? 

Диплом для врача – это только начало пути. Врач учится всегда. Кроме интернатуры, существуют другие методики повышения квалификации после окончания академии. За трудовой путь доктор приобретает несколько узких специальностей. Прежде чем  хирурга или гинеколога допустят к самостоятельным операциям, проходит не один год напряженного труда. Также нужно подтверждать ранее полученные категории, тоже при этом отучившись на курсах. Все ли готовы учиться на протяжении всей жизни?

Нести ответственность за жизнь и здоровье другого человека, часами стоять  у операционного стола, после сложного ночного дежурства идти в стационар на обход, постоянно иметь дело с больными, жалующимися людьми, порой находиться в трагических ситуациях  – для этого нужно иметь железные нервы, стойкую психику и могучее здоровье. У всех оно есть?

Подолгу не иметь возможности расслабиться, всегда сообщать, где ты находишься, чтобы в экстренном случае тебя могли найти, не иметь возможности для отдыха, потому что некому заменить, уделять мало времени семье, не замечать, как растут дети – многим это понравится?

А из этих моментов как раз и складывается врачебный долг.  Вот и уходят новоиспеченные доктора в фармакологию, смежные с медициной профессии, бизнес. Что ж, каждый делает свой выбор. Я свой сделала и не пожалела о нем никогда.

О. А. Городенко.

Справка. Ольга Андреевна Городенко после окончания Свердловского государственного медицинского института приехала по распределению в город Ивдель в 1970 году. Работала врачом-гинекологом в больнице Учреждения Н-240, в Ивдельской ЦРБ врачом акушером-гинекологом.12 лет проработала заведующей роддомом, 27 лет – заместителем главного врача по лечебной части (начмедом). Общий трудовой стаж в медицине – 44 года. Награждена значком «Отличник здравоохранения», ветеран труда. Сейчас на пенсии. Помогает воспитывать внуков семье сына. Хобби – цветущие кактусы.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

36